Опарин А.А. В царстве пигмеев и каннибалов. Археологическое исследование книг Ездры и Неемии
Часть II. В царстве пигмеев и каннибалов

Глава 9

Чёрный рай

Одним из самых красивых мест на земле считаются Гавайские острова — пятидесятый штат США. Для многих людей они являются символом красоты, любви и счастья. И действительно, взирая на прекрасные пейзажи островов, чарующие улыбки их красивых обитателей, огни кафе, роскошные пляжи и набережные, то кажется, что ты действительно попал в рай. Но если начать внимательно вглядываться в жителей, их образ жизни, исследовать историю этих островов то постепенно розовые краски уступают место серым и чёрным. За улыбками и смехом послышатся плач, вопли и зловещий хохот. На красивых песчаных пляжах проступят следы крови. А остатки древних строений, которыми сегодня любуются туристы расскажут древнюю историю этих мест…

Гавайские острова были открыты в 1779 году Джеймсом Куком, заставшем на острове полинезийское по составу население. Однако, полинезийцы, прибывшие на Гаваи около 450 года х. э. видимо с островов Общества, не были его первыми хозяевами. До них островом владел народ менехуне. Получивший своё название от имени древнего вождя Менехуне, сына Луа–ну’у. Менехуне — был согласно древней истории народом пигмеев [1]. Менехуне были прекрасными ремесленниками, которые строили великолепные храмы, рыбные пруды [2], ирригационные сооружения, прибрежные дамбы! [3]. На сегодняшний день сохранилось тридцать величественных сооружений воздвигнутых этим народом. Свои здания он строил только по ночам, чтобы никто не узнал их строительных секретов. Рабочие при этом выстраивались в непрерывную линию от каменоломни до строительной площадки и передавали друг другу из рук в руки громадные камни. Их мастерство и трудолюбие было так велико, что многие из своих построек они строили за одну ночь. Одной из самых знаменитых их построек, хорошо сохранившихся до наших дней является Ниумальский ров, который они воздвигли по приказу вождя Ола нового племени алии, пришедшего из Полинезии около 450 г. х. э. и начавшего теснить менехуне. Согласно древней истории менехуне согласились построить его, требуя от вождя алиев того, чтобы он не следил за ними, когда они будут работать. Правители алиев согласились. Тогда, когда наступила ночь молодые менехуне выстроились в цепь на несколько километров, передавая друг другу камни. В течении ночи ров был готов, но менехуне заметили, что алии следили за ними. Тогда вождь пигмеев проклял правителя алиев и его жену, превратив их в камни (вновь мы встречаемся правда в поэтической форме с упоминанием о том, что пигмеи занимались колдовством). Сегодня этот ров, овеянный древними легендами представляет собой трехсотметровое в длину сооружение, тщательно обработанное каменными плитами. Он был создан, как водохранилище, откуда брали воду для полива полей. Отношения между менехуне и новыми пришельцами — полинезийцами складывались очень сложно. Так однажды менехуне были наняты полинезийцами для строительства очередного сооружения. Однако, когда работа была готова им заплатили за неё одной-единственной пресноводной креветкой, в насмешку над их маленьким ростом и следовательно меньшим количеством потребляемой пищи. Теснимые пигмеи перебрались в конце-концов на остров Кауаи, а оттуда под новым натиском на бесплодные и скалистые острова Нихоа и Неккер. Где от них остались до сего дня многочисленные каменные террасы с приподнятыми площадками и столбами, каменные орудия и каменные изваяния [4]. Но там они пробыли недолго. Пришедшие полинезийцы вынудили их погрузиться на суда и уплыть в направлении до сих пор не известном науке. Однако, часть менехуне осталась. И даже когда уже в XIX веке была сделана перепись острова Кауаи на нем в деревне Лаау, проживало шестьдесят пять пигмеев [5]. Местные жители до сих пор рассказывают о том, что злобные карлики якобы живут и сейчас. Но как бы то ни было власть менехуне над Гаваями закончилась. Власть над архипелагом перешла к полинезийцам. Сегодня правда считают, что менехуне были выходцами с острова Таити, т.е. тоже были по происхождению из Полинезии. Общество завоевателей имело строгую систему каст. Высшей кастой были аллии. Затем шла каста макааинана, которые и составляли подавляющее большинство гавайского общества. Задачей этой касты было обеспечение страны продовольствием. К ней относились земледельцы, рыбаки, охотники, заготовители пищи. Ниже их стояла каста каува (в пер. “лишённые наследства”) — рабы. Из числа которых жрецы отбирали людей для жертвоприношений. В число каува входили покорённые менехуне, а так же те кто нарушил одно из многочисленных священных табу. Во главе этой кастовой державы стоял верховный вождь, власть которого была полубожественной. Особенно она укрепилась в XIII веке, когда жрец Паао совершил путешествие из Гаваев на Таити, привезя оттуда вождя Пиликааиеа из династии Улу, отличающегося большими способностями. После этого в течении 600 лет потомки Пиликааиеа правили Большим островом, а потомки Паао являлись верховными жрецами бога войны Ку и верховными хранителями табу. Жрецы всячески поддерживали божественный культ правителя, а тот в свою очередь предоставлял жрецам громадную власть. Особые почести оказывались правителям после смерти. Когда умирал очередной король в стране объявлялся траур, причём протекал он не совсем обычно. Народ и родственники властителя должны были не только рыдать, и петь песни восхваляющие умершего правителя, но они были обязаны запечатлеть на своем собственном теле следы горя. Для этого они выбивали себе один или несколько зубов и отрезали какой-нибудь из пальцев или их фалангу! Жены же умершего обязаны были сделать себе татуировку на языке. Она производилась иголками из птичьих костей. Эта процедура отличалась намного большей болезненностью, чем татуировка на других частях тела. Люди порой теряли сознание, плакали от боли. Но именно это и было по воззрениям гавайцев угодно, как богам, так и умершему. У последнего между тем вынимали внутренности и вместо них клали несколько килограмм соли. Потом тела обматывали листьями банана и таро, помещая в сидячем положении в мужской трапезной. После этого тело на десять дней помещалось в неглубокую могилку. Когда проходило десять дней в течении которых над телом непрерывно совершались рыдания и самоистязания, его вынимали из земли и очищали от мягких тканей, которые выбрасывались в океан. Оставшиеся кости собирали в скелет, который выставлялся после долгих обрядов в мужской трапезной и объявлялся куа маоли, т.е. настоящим богом. Потом кости укладывали в погребальные расписные мешки, а затем в усыпальницы, где им воздавались в последующие времена божественные почести. На сегодняшний день частично сохранились усыпальницы гавайских королей в Хонаунау и в долине Ваипио. Они представляют собой островерхое здание, расположенное на площадке, выложенной большими камнями и окруженное деревянным частоколом. Внутри были развешаны изображения и стояли статуи гавайских богов. Ибо это место было не только некрополем властителей, но и святилищем. Даже внешний вид этих богов внушал ужас и надменность. “Это гордые, надменные боги с жестокими чертами лица. Ничего удивительного, ведь это были могущественные боги, они распоряжались жизнями, судьбами людей. Деревянным идолам приносили в жертву самое дорогое — живых людей… однажды во время обряда в святилище долины Ваипио вождь принёс в жертву восемьдесят человек! А сколько погибло людей здесь, в Хонаунау!” [6]. Главными богами были Кане — бог возрождения, Каналоа — бог океана, Канелукухонуа — бог земли и конечно же Ку — бог войны. Из всех богов он больше всего требовал человеческих жертв, которых приносили на специальном огромном камне. Один из таких камней в святилище Хохолоку сохранился до наших дней. Сколько бы мог рассказать этот камень. Сколько он видел слёз и крови. Существовали специальные площадки, усеянные тысячами черепов, принесённых в жертву людей [7]. Не только в военное время, не только во время стихийных бедствий, но и в мирное время. Если Ку был символом жестокости гавайского пантеона, то бог Лоно — бог плодородия — символом разврата. В его честь устраивались многочисленные праздники, главным из которых был Макаики, который длился целых четыре месяца, с начала ноября до начала марта. Это было время буйного веселья, песен, спортивных состязаний, танцев, пиров и главное массовых любовных оргий. Все возраста, пола, не взирая на родственные связи сливались в сексуальных играх. Среди спортивных соревнований любимыми были холуа — катание на волнах или в горах, мокомоко — гавайский бокс, маика — метание диска. Во время соревнований делались ставки и ценой в них порой было всё имущество, а ещё часто собственные жены, а иногда и свобода. Так что если кто считает, что букмейкерские конторы и игорные дома изобретения нашего времени глубоко ошибается. Как видим радость на празднике для многих оборачивалась потерей семьи или закабалением. Был у гавайцев и особый бог Кухиман — бог прорицателей, колдунов и магов. Без их совета не предпринималось ни одно дело, в личной или общественной жизни. Возносились почести и ниаупио — половым органам царственного ребенка! [8]. Особым почтением пользовалась статуя фаллоса (полового члена), высеченная в скале, которой гавайцы приносили щедрые дары. “Известно, что во время праздника Макаики гавайцы часто по вечерам играли в игру, которая обычно начиналась пением и плясками. Женщины садились в ряд, мужчины устраивались напротив. Между двумя рядами прохаживался ведущий. Длинной палочкой он указывал на какого-нибудь мужчину и какую-нибудь женщину. Составленные таким образом случайные пары покидали общество, чтобы провести вместе ночь. Вожди в народных играх участия не принимали… Благородного происхождения мужчины и женщины садились на циновки в ряд друг против друга и старались своеобразной „шайбой“ из скорлупы кокоса попасть в нечто вроде деревянной кегли, стоявшей перед каждым из участников игры. Тот чья кегля попадала под удар, должен был „расплачиваться“ танцем. Тот же, в чью мишень попадали десять раз подряд, должен был платить любовью” [9]. Национальный гавайский танец — хула можно назвать одним из прообразов современных эротических танцев в стриптиз-барах. Одежда на танцовщицах практически отсутствовала, а движения были крайне развратными. Чудовищная похоть гавайцев не знала границ. Недаром капитан Джеймс Кук, открывший архипелаг, являясь человеком весьма сдержанным, как правило, приводящим лишь факты без комментариев писал о гавайцах. “Нигде в мире я не встречал менее сдержанных и более доступных женщин… у них была только одна цель — вступить в любовную связь с моряками… при этом ничего не требуя взамен… Этот народ достиг высшей степени чувственности. Такого не знал ни один другой народ, нравы которого описаны с начала истории до наших дней. Чувственности, какую даже трудно себе представить”. Существовали у гавайцев групповые семейные браки, когда несколько братьев жили одновременно с несколькими женами и наоборот. В начале XIX века несколько туземных держав, располагавшихся на Гавайских островах были объединены в единое государство Камеамеа, который явился основателем королевской династии, правившей Гаваями до 1893 года, пока она не была свергнута поселенцами из США. Последние добились аннекции Гаваев США в 1898 году, которые стали “федеральным владением”, а в 1960 году пятидесятым штатом. Однако, гавайский народ не погиб и не деградировал в отличии от своих многих полинезийских собратьев. Часто приходится слышать, что в отличии от древних времён Ветхого Завета Господь не являет более великих чудес: остановка солнца, расступление морских вод и т.д. Но это далеко не так. Примеры Божьей созидающей силы мы можем наблюдать в истории каждого народа земли. И одно из этих чудес — это изменение характера и образа жизни людей под влиянием Слова Божьего. Капитан Кук писал, что гавайцы по своей развращённости превосходят все народы земли. И это было действительно так. В не меньшей степени они отличались и жестокостью. Кстати Кук был убит на Гаваях. И поэтому ни капитану Куку, ни тем европейцам, которые посещали острова не могло придти в голову, что жестокие и развратные нравы жителей Гаваев, когда-либо смогут измениться. Но были и люди, которые думали иначе. Которые верили, что для Господа нет препятствий и что в Его глазах дорог каждый человек, каким бы грешником он не был. Весть Спасения пришла на острова действительно удивительным образом. На Большом острове в начале XIX века жил полинезийский юноша Опукахаиа. В те годы там шла страшная братоубийственная война, в ходе которой прямо на его глазах погибли мать, отец и брат. Это страшное горе, а так же потоки крови и разврат, царящие на острове внушили юноше отвращение к прежней жизни и он решил бежать с острова. И поэтому когда в заливе Кеалакекуа бросило якорь американское судно капитана Бринтнелла он прыгнул в воду и был на корабле. Капитан, проникшись к его судьбе, привёз его в Америку, поселил в своём доме и дал возможность поступить в один из самых хороших колледжей - Йелский. Там Опукахаиа проявил себя, как весьма талантливый, а главное высоко духовный ученик, вызывая восхищение преподавателей. Особенно пленила их в юноше его искренняя вера во Христа, Которого он принял всем сердцем. Однако узнав Господа, молодой человек осознал, что на нём теперь лежит великая ответственность за своих собратьев на Гаваях, которые пребывают в язычестве, предаваясь омерзительным обрядам и теряя тем самым возможность спастись. Его пылкие рассказы об островных грешниках, нуждающихся в проповеди Евангелия способствовали созданию христианской миссии по спасению гавайцев. К сожалению самому Опукахаиа не суждено было рассказать близким о Боге, ибо в 1818 году он умирает от тифа. Но его мечта о проповеди Библии на Гаваях осуществилась. 23 октября 1819 года из Бостона вышло судно “Таддеус”, везущее на своём борту 17 мужчин и женщин — миссионеров, везущих весть спасения гавайцам. Среди них кстати было четверо земляков Опукахаиа, которые подобно ему приняли всем сердцем Христа и стремились поскорее поделиться радостной вестью с соотечественниками. Между тем Господь действовал и на самих островах. Там Он побудил вдов умершего короля Камеамеа I покончить с полинезийским язычеством. По приказу жен умершего властителя, одна из которых стала регентшей, алтари языческих богов стали подвергаться уничтожению. Каменные идолы, совсем недавно требующие людской крови и внушающие всем ужас теперь низвергались со своих постаментов. Это встретило сильное противодействие, вылившееся затем в настоящую войну со стороны жрецов, которые однако потерпели полное поражение. Таким образом, когда миссионеры прибыли на остров они были несказанно обрадованы, узнав о низвержении идолов. Узнав об этом они воспели Господу псалом “Пробудитесь, о острова юга! Ваше спасение близко”. Проповедь их о Боге встретила живейший интерес, как у королев, так и у простого народа. В течении ближайшего времени церкви были основаны в Хило, Гонолулу, Каилуа, Лахаин и т.д. Этой успешной проповеди способствовало во многом и то, что в религиозном мировоззрении гавайцев сохранились воспоминания о монотеизме и Истинном Боге, Его заповедях и даже о четвертой заповеди субботе! Так в их мифах говорится “что главные боги Кане, Ку и Лоно считались вечными богами, сотворившими землю, небо, небесные тела и живые существа на земле, в том числе человека, который должен был управлять созданным богами миром. Они вылепили мужчину из земли, вдохнули в него жизнь и назвали Куму-хону (основание земли). Из бока мужчины они создали женщину по имени Лало-хонуа. Эту пару боги поселили на плодородной земле и запретили есть плоды священной горной яблони Кане. Морская птица соблазнила женщину съесть яблоко; её примеру последовал и муж. Когда Кане узнал о случившемся, он изгнал супругов… по гавайской мифологии мир был сотворён Кане, который начал работу с 27-й ночи, названной по его имени. Он работал 27, 28, 29, 30, 1 и 2 следующего месяца. За эти шесть дней он закончил сотворение мира и отдохнул на седьмой день… Он освятил этот день и объявил его “первой Субботой, великой субботой бога Ку” [10]. Многие из миссионеров порой отдавали жизнь, чтобы спасти гавайцев. Один раз эта стойкость чуть не привела к страшной трагедии для миссионеров. Мы помним, что гавайские женщины отличались крайней любовью к разврату, в котором они достигли большого мастерства. Их красота и умение сексуально удовлетворять снискало им славу не только среди островитян, но и далеко за их пределами. Огромное количество европейских судов, особенно среди китобойных всегда стремилось зайти на Гаваи. Китобои буквально забывали всё на свете, когда речь заходила о Гавайских островах. И вовсе не потому, что здесь красивая природа или замечательный мягкий климат, их манили горячие объятия островитянок. Каждый моряк, когда-либо побывавший на архипелаге, вспоминал прекрасных девушек, которые без приглашения, подплывали к парусникам, не стыдясь, поднимались на них и не только не сопротивлялись, но и сами предлагали себя членам экипажей. Они не могли забыть, как пели и танцевали гавайки, украшенные венками из душистых цветов. Такое представление о полинезийском рае долгое время соответствовало действительности. Однако скоро всё в Лахаине переменилось. Причём конец горячим объятиям островитянок, которых так жаждали китобои, положили их соотечественники — миссионеры из Новой Англии [11]. Проповедь Евангелия раскрыла перед гавайками их греховный образ жизни. И поэтому девушки решили отказаться от своего позорного ремесла. Они решили больше не быть сексуальными игрушками в руках китобоев. И поэтому, когда в 1825 году очередное китобойское судно зашло на остров в поисках развлечений оно не встретило предлагавших себя женщин. Команда, сведав, что всему виной миссионеры, отправилась в город и захватила пастора Ричардса. “Приставив к его горлу нож моряки прохрипели “женщины или жизнь!”. Они понимали, что только пастор чей авторитет был крайне велик мог теперь приказать девушкам вновь начать заниматься своим прежним делом, удовлетворяя похоти моряков. Пастор видел искаженные злобой их лица. Он знал, что китобои это не те люди, которые отступают. Но он знал так же, что на небе есть Бог, Который не хочет, чтобы гавайские женщины вновь стали на путь разврата. Он стоял, как много веков назад пророк Даниил на пороге смерти. Но подобно древнему пророку он так же предпочёл остаться верным Господу. Вместе с еврейскими юношами V в. до х. э. он казалось говорил своим насильникам. “Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи, раскаленной огнем, и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем и золотому истукану, которого ты поставил, не поклонимся” (Дан. 3:17—18). И подобно, как в древности Бог спас Своего проповедника и сейчас. Гавайские мужчины вступились за Ричардса и дали отпор китобоям. Не менее удивительный рассказ о мужестве, на этот раз христиан-полинезийцев связан со знатной гавайкой Капиолани, принявшей Христа и настроившей тем самым против себя могущественную жрицу племени. Которая пришла к Капиолани и показала ей письмо, написанное якобы самой богиней Пеле, требующей, чтобы Капиолани, оказывала ей почести, обещая в противном случае страшные кары. Но “Капиолани не отступила. Она ответила: — смотри, у меня тоже есть письмо, только оно от Моего Бога. И, показав жрице Библию в кожаном переплете, Капиолани добавила: — Вовсе не красноволосая женщина (так изображали богиню Пеле — прим. А.О.), а Иегова является моим Богом. И если Пеле сейчас же покарает меня за нарушение табу, если убьет меня за то, что я оскорбила её, тогда бойтесь Пеле. Однако, если Иегова защитит меня от гнева Пеле, значит, Он сильнее. Тогда служите Иегове, чтите Его, поклоняйтесь Ему, откажитесь от гавайских богов, потому что они безвольны и беспомощны… жрица замерла. Боже, что сейчас произойдёт? Чем ответит Пеле на кощунственные, святотатственные речи Капиолани? Однако вулканы были спокойны, земля не разверзлась, и огонь не полыхал. А Капиолани? Она победила в единоборстве с богиней. Её драматический поступок действительно способствовал тому, что вера белых людей в конце концов одержала верх над традиционными верованиями гавайцев. Удивительный поступок жены вождя стал широко известен далеко за пределами Гавайских островов” [12]. В этой истории мы видим почти дословное повторение событий IX в. до х. э., разыгравшихся на горе Кармил, при пророке Илии. Последнему так же пред лицом страшных жрецов Ваала пришлось отстаивать Истинную веру. “И подошел Илия ко всему народу и сказал: долго ли вам хромать на оба колена? если Господь есть Бог, то последуйте Ему; а если Ваал, то ему последуйте. И не отвечал народ ему ни слова. И сказал Илия народу: я один остался пророк Господень, а пророков Вааловых четыреста пятьдесят человек [и четыреста пророков дубравных]; пусть дадут нам двух тельцов, и пусть они выберут себе одного тельца, и рассекут его, и положат на дрова, но огня пусть не подкладывают; а я приготовлю другого тельца и положу на дрова, а огня не подложу; и призовите вы имя бога вашего, а я призову имя Господа Бога моего. Тот Бог, Который даст ответ посредством огня, есть Бог. И отвечал весь народ и сказал: хорошо, [пусть будет так]. И сказал Илия пророкам Вааловым: выберите себе одного тельца и приготовьте вы прежде, ибо вас много; и призовите имя бога вашего, но огня не подкладывайте. И взяли они тельца, который дан был им, и приготовили, и призывали имя Ваала от утра до полудня, говоря: Ваале, услышь нас! Но не было ни голоса, ни ответа. И скакали они у жертвенника, который сделали. В полдень Илия стал смеяться над ними и говорил: кричите громким голосом, ибо он бог; может быть, он задумался, или занят чем-либо, или в дороге, а может быть, и спит, так он проснется! И стали они кричать громким голосом, и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они все еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения; но не было ни голоса, ни ответа, ни слуха. [И сказал Илия Фесвитянин пророкам Вааловым: теперь отойдите, чтоб и я совершил мое жертвоприношение. Они отошли и умолкли.] Тогда Илия сказал всему народу: подойдите ко мне. И подошел весь народ к нему. Он восстановил разрушенный жертвенник Господень. И взял Илия двенадцать камней, по числу колен сынов Иакова, которому Господь сказал так: Израиль будет имя твое. И построил из сих камней жертвенник во имя Господа, и сделал вокруг жертвенника ров, вместимостью в две саты зерен, и положил дрова [на жертвенник], и рассек тельца, и возложил его на дрова, и сказал: наполните четыре ведра воды и выливайте на всесожигаемую жертву и на дрова. [И сделали так.] Потом сказал: повторите. И они повторили. И сказал: сделайте то же в третий раз. И сделали в третий раз, и вода полилась вокруг жертвенника, и ров наполнился водою. Во время приношения вечерней жертвы подошел Илия пророк [и воззвал на небо] и сказал: Господи, Боже Авраамов, Исааков и Израилев! [Услышь меня, Господи, услышь меня ныне в огне!] Да познают в сей день [люди сии], что Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал все по слову Твоему. Услышь меня, Господи, услышь меня! Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог, и Ты обратишь сердце их [к Тебе]. И ниспал огонь Господень и пожрал всесожжение, и дрова, и камни, и прах, и поглотил воду, которая во рве. Увидев это, весь народ пал на лице свое и сказал: Господь есть Бог, Господь есть Бог!” (3Цар. 18:21—39). Как видим Божье могущество и чудеса это не прерогатива только Ветхого или Нового Завета. Так Гаваи бывшие на протяжении долгого времени чёрным раем, т.е. раем в кавычках, раем в понимании убийц и насильников, где можно безнаказанно развратничать, пить и убивать переставали им быть. Чудо спасения, преображения характера Господь готов явить в жизни каждого человека, в том числе Вашей и моей, уважаемый читатель. Сегодня на территории Австралии и Океании существует более тысячи общин церкви христиан адвентистов седьмого дня, несущих во всей полноте весть об Истинном Боге, Его Законе и Спасении. Эти верующие объединены в три миссии: Австралийскую (410 общин и 50.394 члена церкви), Новозеландско–Тихоокеанскую (132 общины и 16.802 члена церкви) и Транс–Тихоокеанскую (414 общин и 74230 членов церкви) [данные на апрель 2003 года]. Жители Океании делают свой выбор по отношению к Богу и Его Закону, а сделали ли его Вы?



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования