Опарин А.А. Колесо в колесе. Археологическое исследование книги пророка Иезекииля
Часть I. Проклятие Иезекииля

Глава 2

Коварный тесть царя Соломона

Когда археологи проводили раскопки у селения Сильван, примыкающего к Иерусалиму у восточного склона долины Кедрон, ими был обнаружен могильник, пирамида, относящаяся, как было установлено, ко времени немного позднее царствования царя Соломона [1]. Глядя на эту гробницу, учёным вспомнился библейский текст, который ещё недавно не вызывал доверия. «Фараон, царь Египетский, пришел и взял Газер, и сжег его огнем, и Хананеев, живших в городе, побил, и отдал его в приданое дочери своей, жене Соломоновой. Дочь фараонова перешла из города Давидова в свой дом, который построил для нее Соломон; потом построил он Милло» (3Цар. 9:16,24). Этот текст вызывал ранее у историков недоверие потому, что своих дочерей фараоны никогда не отдавали за чужеземных властителей. Ибо фараон ни одного правителя не считал равным себе и поэтому отдавать своих дочерей за них считал ниже своего достоинства. После открытия пирамиды, доказавшей правдивость этого сообщения были найдены и другие подтверждения этого события, раскрылся перед учёными и облик тестя царя Соломона фараона Шешонка I, который именуется в Библии Сусакимом [2]. Этот фараон принадлежал к ливийской династии...

Египет I половины X в. до х. э. представлял собой плачевное зрелище. Фараоны XXI династии, которые занимали престол, фактически потеряли все иноземные владения и почти не контролировали ситуацию в стране. Единственной опорой фараона становились наёмники из ливийских племён. Древние ливийцы отличались большой воинственностью. «Всадники у них сражаются большей частью вооружённые дротиками, на лошадях, взнузданных верёвочной уздой и без седел, впрочем у них есть и сабли. Пешие же воины прикрываются слоновыми шкурами, как щитами, и одеваются в львиные, леопардовые и медвежьи шкуры и спят на них... Лошади у них маленькие, но быстрые и настолько послушные, что ими можно править прутиком. На лошадей надевают хлопчатобумажные или волосяные ошейники, на которых прикреплены поводья. Некоторые лошади следуют за хозяином, даже если их не тянут за поводья, как собаки. У них в ходу небольшие кожаные щиты, маленькие копья с широкими наконечниками; они носят с широкой каймой без пояса хитоны и, как я уже говорил, шкуры в виде плащей и панцирей» [3]. Правители ливийцев давно зарились на египетские богатства, но все их попытки силой овладеть Египтом заканчивались провалом. «Тогда они перешли к другой тактике и начали завоёвывать Египет, особенно Дельту, мирным путём. Помогли им в этом сами фараоны, охотно принимавшие к себе на службу предводителей ливийских дружин, отводившие им земли и окружавшие себя наёмной гвардией из ливийцев-максиев (машаваша) и полицией из ливийцев маджай. Таким путём в северной части Нильской долины образовался ряд ливийских поселений, предводители которых, быстро восприняв египетскую цивилизацию, почувствовали себя египетскими вельможами и действительно сделались таковыми... Среди них особенно выдался род, поселившийся у Ираклеополя и начатый ливийцем Буювава. Сын его Мусен был уже жрецом местного бога Хершефи и князем; правнук Мусена Шешонк уже был женат на родственнице фараона» [4]. Эта семья добилась того, что должность жреца в гераклеопольском храме стала наследственной в их семье, равно как и положение ближайших сановников фараона. История последних фараонов XXI династии покрыта мраком, но как бы то ни было, около 945 г. до х. э. столица страны переносится из Гераклеополя в город Бубаст, в восточной дельте, а затем последовал государственный переворот. «Князь Шушинку (Шешонк) занимал при последнем представителе XXI царского дома Пи-су-ха-н-нии (П-су-ше-н-нэ) II настолько видное положение в государстве, что сам фараон с торжественностью приличествовавшею его сану, занимался совершенно частными делами своего подданного, как если бы то были дела государственные. Царскому товарищу оставалось сделать один шаг, чтобы с кончиною фараона очутиться на престоле. И этот шаг Шушинку (Шешонк) сделал и стал основателем XXII царского дома (около середины X века)» [5]. Вступив на трон, Шешонк немедленно дал престолонаследию своей линии законное основание, которого он сам не имел. Для этого он женит своего сына Осаркона на дочери последнего фараона XXI династии Писухана II и таким путём приобрёл для него право на престол через жену, а также бесспорное законное право на трон для своего внука [6]. Другого своего сына Аупата он делает верховным жрецом Амуна в Нэ. Новый фараон был человеком умным и расчётливым «и он на один момент даже напоминает Египту былое величие. Он следит за палестинскими делами, роднится с Соломоном и даже дарит ему вновь завоёванный египетскими войсками Гезер» [7]. Этот город принадлежал тогда одному из местных князьков и являлся одной из первоклассных крепостей своего времени. Однако, «Фараону удалось завоевать Гизер... находившийся в сфере влияния филистимлян. Город был сожжён дотла — событие, которое подтверждено археологами... Разрушением дело не закончилось. Фараон передал Гизер своей дочери в качестве приданого в браке с Соломоном. Причину, побудившую фараона к такому великолепному подарку, уже нельзя восстановить. Быть может, поход на филистимлян поглотил все египетские ресурсы, быть может, возникла необходимость спешно возвращаться в Египет. А может быть, фараону попросту надо было склонить Соломона к мирному сотрудничеству. Там, где бессильно оружие, всегда наготове выгодный брачный союз — сильнейшее средство укрепить влияние и власть... Но... Когда это было, чтобы дочь фараона выдали замуж за чужеземного царя?! “С давних времён царских дочерей Египта не отдавали никому”, с гордостью высказывался фараон Аменофис (1417—1377 г. до н. э.), и действительно, не известно ни одного случая, чтобы когда-нибудь дочь фараона отдавали какому-нибудь влиятельному иноземцу. Единственным исключением стал Соломон» [8]. И это немудрено, ибо слава об этом царе облетела весь тогдашний мир. «Царь Соломон превосходил всех царей земли богатством и мудростью. И все [цари] на земле искали видеть Соломона, чтобы послушать мудрости его, которую вложил Бог в сердце его. И они подносили ему, каждый от себя, в дар: сосуды серебряные и сосуды золотые, и одежды, и оружие, и благовония, коней и мулов, каждый год. И набрал Соломон колесниц и всадников; у него было тысяча четыреста колесниц и двенадцать тысяч всадников; и разместил он их по колесничным городам и при царе в Иерусалиме. [И господствовал он над всеми морями от реки до земли Филистимской и до пределов Египта.] И сделал царь серебро в Иерусалиме равноценным с простыми камнями, а кедры, по их множеству, сделал равноценными с сикоморами, растущими на низких местах» (3Цар. 10:23—27). «Египетская царевна заняла исключительное положение при израильском дворе; ей — одной из всех жён, насколько нам известно — Соломон построил особый дворец» [9]. Как видим, все библейские сообщения о женитьбе Соломона на дочери фараона, получение Гезера в качестве приданого, постройка для египтянки особого дворца — всё это нашло подтверждение в истории. Однако, ища дружбы с Соломоном и благоговея перед его умом Шешонк понимал, что при наличии сильного Иудейского царства вернуть Египту утерянный контроль над Палестиной будет невозможно. И поэтому, ведя внешне дружбу с Соломоном, коварный тесть втайне готовил падение Иудеи. «Нигде иначе, как в Египте, искал и нашёл убежище видный беглец из Израиля... Иеровоам» [10]. «И Иеровоам, сын Наватов, Ефремлянин из Цареды, — имя матери его вдовы: Церуа, — раб Соломонов, поднял руку на царя. Соломон же хотел умертвить Иеровоама; но Иеровоам встал и убежал в Египет к Сусакиму, царю Египетскому, и жил в Египте до смерти Соломоновой» (3Цар. 11:26,40). Принимал у себя Шешонк и другого врага Соломона, Адера, отпустив его затем вредить Соломону. «И воздвиг Господь противника на Соломона, Адера Идумеянина, из царского Идумейского рода. Когда Давид был в Идумее, и военачальник Иоав пришел для погребения убитых и избил весь мужеский пол в Идумее, — ибо шесть месяцев прожил там Иоав и все Израильтяне, доколе не истребили всего мужеского пола в Идумее, — тогда сей Адер убежал в Египет и с ним несколько Идумеян, служивших при отце его; Адер был тогда малым ребенком. Отправившись из Мадиама, они пришли в Фаран и взяли с собою людей из Фарана и пришли в Египет к фараону, царю Египетскому. [Адер вошел к фараону, и] он дал ему дом, и назначил ему содержание, и дал ему землю. Адер снискал у фараона большую милость, так что он дал ему в жену сестру своей жены, сестру царицы Тахпенесы. И родила ему сестра Тахпенесы сына Генувата. Тахпенеса воспитывала его в доме фараоновом; и жил Генуват в доме фараоновом вместе с сыновьями фараоновыми. Когда Адер услышал, что Давид почил с отцами своими и что военачальник Иоав умер, то сказал фараону: отпусти меня, я пойду в свою землю. И сказал ему фараон: разве ты нуждаешься в чем у меня, что хочешь идти в свою землю? Он отвечал: нет, но отпусти меня. [И возвратился Адер в землю свою.]» (3Цар. 11:14—22). Будучи умным политиком он внимательно следит за палестинскими делами и когда Соломон умер и его царство распалось на два воюющих между собой государства, «Шешонк немедленно решился воспользоваться временем как для того, чтобы напомнить в Сирии о египетском владычестве, так и для того, чтобы пополнить свою казну, за счёт сокровищ накопленных Соломоном» [11]. «И в пятый год правления Ровоама, вероятно, около 926 г. до н. э. фараон вторгся в Палестину. Во время этой кампании он проник на север не далее широты Галилейского моря и на восток, вероятно, не далее Маханаима, за Иорданом. Египетские войска не бывали в Азии уже более двухсот семидесяти лет, и Шешонк позволил своим ливийским наёмникам рыскать среди городов долины Изрееля, из числа которых были разграблены при этом Рехоб на севере и далее, по направлению к востоку, Хафараим, Мегиддо, Таанах, Сунеи, и наконец Бетсеан в Иорданской долине. На юге они разграбили Иразу, Бетхорон, Аялон, Гаваон, Сокох, Бетанот, Шарухен и Арад... они также вошли в Иерусалим и похитили в нём все сокровища, собранные во дни Соломона» [12]. Подробно описывает поход Шешонка (Сусакима) римский историк Иосиф Флавий, отмечая и духовные стороны этого события. Причину страшного нашествия египтян историк видит в богоотступнической политике иудейского царя Ровоама... «Между тем Господь Бог послал Ровоаму наказание за его издевательство над Ним, именно в лице египетского царя Сусака... Вот этот-то Сусак и выступил на пятый год царствования Ровоама против последнего во главе многотысячного войска, а именно в состав его рати входило: одна тысяча двести колесниц, шестьдесят тысяч всадников и четыреста тысяч человек пехоты. Большинство этих воинов были ливийцы и эфиопы (выделено мною — прим. А.О.). Ворвавшись в страну евреев, фараон без боя овладел наиболее укреплёнными городами Ровоамова царства и, утвердившись в них, двинулся напоследок против Иерусалима. Когда таким образом Ровоам со своими приверженцами был замкнут войском Сусака в Иерусалиме, они обратились к Господу Богу с мольбою спасти их и даровать им победу, однако они не могли склонить Предвечного в свою пользу. Напротив пророк Самайя заявил им, что Господь Бог собирается совершенно отступиться от них, подобно тому, как они оставили почитание Его. Когда они услышали это, они тотчас совершенно пали духом, и хотя и не видели для себя уже никакого спасения тем не менее единодушно признались, что Всевышний совершенно справедливо отвратился от них, так как они поступали относительно Его нечестиво и сознательно попирали законы. Когда же Всевышний увидел их в таком настроении и заметил, что они раскаиваются в своих прегрешениях, то объявил им чрез пророка, что не загубит их совершенно, но всё-таки подчинит их власти египтян, дабы они узнали, насколько легче служить Богу, чем человеку. Таким образом, Сусак без боя овладел городом, потому что Ровоам в страхе открыл ему ворота, и не обратив никакого внимания на предварительно заключённое с царём условие пощадить город, принялся за разграбление храма и за расхищение Господней и царской сокровищниц (выделено мною — прим. А.О.); при этом он овладел несметным количеством золота и серебра и не оставил Ровоаму решительно ничего. Он овладел также золотыми щитами и копьями, которые велел соорудить Соломон, а также не пренебрёг золотыми колчанами, которые Давид, отняв у царя Софенского, посвятил Господу Богу. Совершив всё это, Сусак возвратился в свою страну» [13]. Археологи сегодня нашли следы пожаров и разрушений иудейских городов, относящихся ко времени Ровоама и Сусакима [14]. Так было всесторонне исторически подтверждено библейское сообщение о походе фараона Сусакима в Иудею (2Пар. 12:5—9). Совершив великий поход, Шешонк решил увековечить его, по примеру древних фараонов начертав о нём на внешней стороне южной стены Карнакского храма. Там изображено, как бог Амон вручает Шешонку меч и связку из пяти рядов имён покорённых последним в Азии местностей. Вверху то же делает богиня Фив; сам Шешонк поражает коленопреклонённых азиатов. Каждое из имён заключено в овал, помещённый под бюст пленника семитического типа. Таких овалов было более 150... В числе взятых царём городов значатся Раббит, Танаак, Шунеи, Хафаранаим, Маханаим, Гибеон Бет-хорон и т.д. и т.д.... В речи царю победителю от имени бога Аммона, между прочим говорится следующее: «Моё сердце радуется, ибо я видел твои победы милый сын мой, Аммон-мер-Шешенк (друг Аммона — Шешенк)... Я повелел народам юга прийти к тебе с выражением покорности и северным народам покориться величию твоего имени» [15]. Завладев после похода несметными сокровищами, Сусаким приступил к бурной строительной деятельности, которой страна не помнила уже 200 лет и которая должна была прославить его имя в веках. Он украшает храмами Бубаст и значительно расширяет Карнакский храм, в котором строит пилон. «Это и был — и до сих пор остаётся величайший из существующих храмовых дворов, он имеет в ширину более 314 футов, в глубину — 269 футов и ограничен высочайшим в Египте пилоном толщиной в 36 футов, высотой в 150 и с поверхностью в 357 кв. футов. Шешонк предполагал отпраздновать там свой тридцатилетний юбилей» [16]. Сохранилось много молитв, которые обращал Шешонк к богу Амону. Фараон восстановил многие храмы, восстановил ежедневные жертвоприношения. Причём возрождение языческих святынь шло за счёт золота добытого в Палестине [17]. Так фараон XXII ливийской династии Сусаким бросил пред лицом всего тогдашнего мира вызов Истинному Богу. Он разграбил Его храм, попрал святыни, захватил храмовые сокровища и за их счёт приступил к возведению языческих святилищ, под сводами которых вызывались духи и демоны, изучалась чёрная магия, процветала храмовая проституция в самых изощрённых греховных формах. Полудикие ливийцы громили Храм Иеговы, разоряли Иерусалим, насиловали его жителей, а потом издевались над святынями. Достигнув власти в величайшей стране мира, потомок простых полудиких племён взорвался. Он знал о Боге Израиля, о Его могуществе, Его Истине, но он отверг Его. Главным богом для него был он сам, а уже потом тот же Амон, к которому он часто обращается. Подобно фараону себя так же чувствовали и ливийцы. Вчера — дикие варвары, а сегодня — властители Египта. Гордыня обуяла их сердце. И тогда, дабы спасти этот народ от полной гибели, ибо гордость всегда приводит к ней, Господь допустил в их жизни трудности и испытания, дабы через это остановить их на гибельном пути. «Ближайшие преемники Шешонка (Осоркон I, Такелот, Осоркон II, Шешонк II, Такелот II, Шешонк III, Пимай, Шешонк IV) хотя и царствовали нередко подолгу, но подверглись общей участи египетских родов — упадку. Мы не слышим об их внешних предприятиях» [18]. Затем в стране наступает гражданская война. «Враги и бунтовщики — пишет папирус тех лет, посеяли усобицы и на юге, и на севере. Они не переставали воевать против тех, которые жили там, и против верных его отцу. Года проходили в ненависти; один насиловал другого» [19]. Ливийская династия продолжала влачить своё жалкое существование, пока в конце VIII века не была низвержена окончательно эфиопскими царями, захватившими Египет. Получилось, как в сказке „О рыбаке и рыбке“. И подобно тому, как старуха в конце концов оказалась у разбитого корыта, так ливийцы вновь оказались полунищими среди песков. Однако, Божий суд на этом не кончился. Гордые и жестокие ливийцы, беспощадно грабившие Иерусалим и многие другие города, должны были на себе испытать все тяготы вражеского нашествия. Разгром ливийцев был предсказан пророком Иезекиилем. «Ефиопия и Ливия, и Лидия, и весь смешанный народ, и Хуб, и сыны земли завета вместе с ними падут от меча» (Иез. 30:5). Причём их поражение должно было произойти практически одновременно с Египтом, Эфиопией и Лидией. И действительно тот же Камбис, который покорил Египет, воевал с Эфиопией, совершает поход и в Ливию. «Камбис действительно разгромил Ливию», но окончательное поражение её произошло в правление его преемника Дария I [20]. «В иероглифическом тексте из Суэца упоминаются 24 подвластные Дарию страны, включая также Персию и Мидию. Представители каждой страны изображены в отдельных овалах, обращённых лицом к овалу с царским именем Дария... По сравнению с Бехистунской надписью на стеле из Суэца появляется ещё три новые провинции — Индия, Ливия (Пут) и Нубия (Куш)... все три страны были завоёваны персами (по-видимому, около 517 г.)» [21]. Теперь на своей собственной шее ливийцы испытали, что такое чужеземное иго. Дальнейшая история этого народа не представляет собой что-либо особо примечательного. В основном она проходит в борьбе с основанными греками в Африке государствами Киреной и Баркой [22]. Затем их история становится неразрывной частью судьбы великих держав, господствовавших на протяжении истории в этих землях: Рима, Византии, Арабского халифата, Османской империи и т.д. Ряд ливийских племён, обитавших на севере Африки, возле Карфагена (территория современного Туниса) создают в 201 году до х. э. Нумидийское царство, многократно воевавшее с Древним Римом, но покорённое им в 46 году до х. э. Затем эти земли вошли в состав Византии, а потом арабов [23].

Как видим Библия немного говорит о ливийцах, но сколько уроков мы можем извлечь для себя на примере этого народа, достигшего зенита славы, а затем низвергнутого из-за своей гордыни и беспечности в пропасть. Подобное часто повторяется и в нашей жизни, когда мы, «пройдя огонь и воду», не выдерживаем «медные трубы» (искушение славой и властью). В следующей главе мы познакомимся с преемниками ливийцев на фараоновом троне, которые происходили из страны, давшей истории загадок не меньше, чем Египет.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования