Опарин А.А. В поисках бессмертия. Археологическое исследование Первой книги Царств

Глава 2

Бессмертие в обмен на пояс смертника

Утром 6 февраля страшное сообщение облетело всю страну. Очередной террористический акт в Московском метрополитене. “МОСКВА, 6 февраля. /ПРАЙМ-ТАСС/. При теракте в московском метрополитене погибли до 30 человек, Об этом сообщил ИТАР-ТАСС начальник управления информации ГУВД Москвы Кирилл Мазурин. Мощность взрывного устройства, по его оценке, была эквивалентна около 1 кг тротила.

Взрыв, вероятнее всего, совершил террорист-смертник. „В настоящее время следствие считает эту версию основной. В ее пользу говорит и характер разрушений“, — отметил К.Мазурин. „Маловероятно, что взрывное устройство находилось в пакете или сумке, оставленной в вагоне поезда. Скорее всего, оно было закреплено на теле человека“, — подчеркнул официальный представитель ГУВД.

Сумятица и неразбериха царят на станции метро „Павелецкая-кольцевая“, сообщают корр. ИТАР-ТАСС с места происшествия. Дежурные просят людей быть осторожными при переходе на другие станции метрополитена. На перегоне от станции „Новокузнецкая“ до станции „Коломенская“ движение составов полностью перекрыто, по кольцевой линии поезда движутся с увеличенными интервалами.

Ограничено движение автотранспорта по Садовому кольцу в сторону Автозаводской площади, туда направляются дополнительные машины „скорой помощи“, пожарные, а также военнослужащие внутренних войск МВД России. Все спасательные операции проводятся в основном в районе станции метро „Автозаводская“. Площадь возле метро „Павелецкая“ оцеплена сотрудниками милиции. На Павелецком вокзале эвакуация пассажиров не проводилась. Повсюду встревоженные люди звонят по телефону родственникам и близким”. [http://www.interfintrade.ru].

В последние годы сообщения о террористических актах стали неотъемлемой частью нашей жизни. “За прошедший период в „мирной“ России было совершено 33 теракта, погибло около 800 человек мирного населения, ранено более 500. Самих террористов при этом уничтожено около 200. Подчеркиваю, в „мирной“ России, потому что в самой Чечне эти цифры на порядок выше, но ни статистики, ни общественного мнения эти события практически не имеют.

Что касается наших, „гражданских“ терактов, то даже поверхностное их изучение за означенный период дают богатую пищу для размышлений и позволяет сделать некоторые выводы, приведенные ниже. Итак.

1. Причины терактов

Ошибка думать, что все эти акции носят сугубо политический характер. Теракты начались за три года до „1-й чеченской“, и носили как протестный, так и „коммерческий характер“. К примеру, Басаев угнал самолет, протестуя против введения режима ЧП в Чечено-Ингушетии в 1991 году, но захват автобуса со школьниками в мае 1994 был нацелен на 10 млн. долларов. В том же году трое террористов захватили автобус ради 6 млн. долларов, но получили по 15 лет тюрьмы.

Позднее, в период между 1-й и 2-й войнами, чеченец Заинди Тибиев захватил автобус с мыслью о 100 тыс. долларов, годом ранее в Махачкале такая же мысль обогатила на 60 млн. рублей другого террориста, скрывшегося на территории Чечни.

Таким образом, если в период военных действий теракты имели „идейный“ характер, то в мирное время декларированные цели акций носили явный характер наживы. Средства при этом использовались одни и те же с некоторыми различиями.

2. Способы терактов

Их два основных — взрывы и захват заложников. На протяжении всей новейшей истории России эти два способа исправно чередуются. В начале — пять захватов (1 — самолета и 5 — автобусов), все в мирное время. Потом четыре взрыва — университета, школы, подстанции, отеля, это уже во время войны (январь 1995).

Затем снова захват больниц, роддома (Буденновск-1995 и Кизляр-1996). И опять взрывы — метро, троллейбуса, автобуса (все Москва 1996). И опять захват автобуса, а следом — взрыв дома (ноябрь 1996 в Каспийске). Затем серия взрывов домов и серия захватов самолета, гостиницы, автобуса (Минводы 2001).

Последнему захвату театра в Москве предшествовали взрывы рынка и улицы, по которой проходил парад (Каспийск, май 2002).

Создается впечатление, что балом этим правит сатана по какой-то своей излюбленной синусоиде. Если исходить из его логики, то следующий теракт, если и будет захватом, но далее — почти точно уже взрыв. Хотя тут кое-что зависит и от датировки.

3. Календарь

Первые годы (1991 — 1992) теракты совершались словно „на пробу“ — по одному в год. Затем, в 1994 и 1995 годах уже по три на сезон. Пик пришелся на 1996 год — семь терактов, причем часть из них — уже после прекращения военных действий, так сказать „по инерции“.

Затем почти тишина 1997 года (всего один) и полная тишина 1998 — ни одного!

2-я чеченская война разбудила зверя — восемь акций в 1999, системных и продуманных, но что-то дало сбой в этой системе и уже в следующем году — всего два. Раненый зверь зализал раны к 2001 году — четыре теракта, а в нашем, 2002 снова ослаб — только два (дай Бог чтобы).

Пик терроризма практически во все годы приходится на осень и ещё ни одной акции не было в декабре.

Таким образом, можно сказать, что силы у террора уже не те, периоды между активностью увеличиваются, но сил для смертельного прыжка ещё достаточно и судя по периодике, в следующем году можно ожидать периода некоторой активизации. Вопрос в том, сколько удастся им невинных жертв оставить после своего шабаша. Здесь тоже есть своя смертная статистика.

4. Жертвы

Первые теракты были невинными овечками — ни одного погибшего. Затем четверо и раненых 19, это все захваты автобусов с „целью наживы“. Первая кровавая баня дело рук Басаева — 128 жертв в Буденновске, так что список акций с большим количеством жертв был отрыт в июне 1995 года.

Затем последовали столь же трагичные Кизляр Салмана Радуева (несколько десятков погибших в январе 1996), но на этом масштабные захваты закончились — последователей не находилось до осени сего года. Соответственно и количество жертв уменьшилось, поскольку взрывались троллейбусы, автобусы и метро (4 жертвы).

Но затем взрывы были перенесены в жилые дома и количество жертв сразу резко возросло. Снова каждый теракт уносил погибших десятками — дом в Буйнакске — 64 жертвы, Москва, Гурьянова — 94, Каширское шоссе — 121 человек. Это все 1999 год. Так что захват театра в некотором роде возврат к старой тактике (захват больниц, роддома), что несколько странно, учитывая высокую эффективность взрывов по сравнению с захватами, не говоря уж о личной безопасности.

Возможно, дело в том, что взрывы политически не так эффектны и напротив, могут навредить образу „воина джихада“. Хотя, с другой стороны, „воины“ эти как раз и уничтожают именно мирное население, и захватить в заложники стараются наиболее беззащитных — безопаснее роженицы только новорожденный” [http://www.monitoring.ru]. Тысячи, десятки тысяч ни в чём неповинных людей гибнут в самолётах, поездах, метро, улицах. Гибнут не только в Чечне и от чеченских боевиков, но почти по всему миру. США, Израиль, Афганистан, Пакистан, Испания и т.д. и т.д. стали ареной деятельности исламских фундаментальных группировок типа печально знаменитой “Аль-Каиды”. Практически все мировое сообщество борется с ними, используя при этом самые различные методы — от дипломатических, гуманитарных до открытого военного выступления, но всё остаётся безрезультатным. И это несмотря на то, что силы и возможности исламских боевиков в миллионы раз меньше, чем у их противников, главным из которых являются США. Этой страшной террористической войне не только не видно конца, но с каждым месяцем мы видим, как она усиливается по всему миру. На смену мужчинам становятся в ряды религиозных смертников женщины и дети. В чём же кроются неудачи мирового сообщества в борьбе с исламским терроризмом? Одной из ведущих причин этих неудач является непонимание или недооценка религиозного фактора, имеющего место у боевиков. Безусловно, играет роль и политический, и финансовый фактор, но ведущим всё же является религиозный. Ибо каждый раз при сообщении о новом теракте мы восклицаем от ужаса вследствие одномоментной гибели десятков, а то и сотен (как 11 сентября в США, 11 марта в Мадриде) ни в чем неповинных людей, но при этом не обращаем внимание на гибель одного или нескольких террористов, вызвавших эту катастрофу. Точнее, обращаем внимание, но под совершенно другим углом зрения, возмущаясь их жестокостью и бесчеловечностью. И это, безусловно, верно. Но давайте задумаемся над тем вопросом, как этот террорист, который для кого-то является сыном, мужем, отцом, другом, которого кто-то очень любит и уважает, и кого-то любит и уважает он, мог решиться расстаться с жизнью, будучи, как правило, молодым и здоровым человеком. Ещё непонятнее будет этот вопрос в отношении женщин-террористок, которые имеют семьи, детей и являются часто хорошими женами и матерями, и идут при этом на убийство таких же детей, которых имеют сами. При этом, как показывают исследования, среди террористов практически нет психически больных или умственно неполноценных людей. И далеко-далеко не всегда в момент подготовки теракта боевики находятся под действием наркотиков. Т.е. совершая теракт, они отдают себе полный отчёт в том, что делают. Более того, большинство семей террористов-смертников не осуждает их. И порой во многих семьях имеются целые поколения террористов. Известия о гибели своих близких они встречают с радостью и ликованием, подобно тому, как их близкие умирают с улыбкой на лице, будучи уверены, что они попали в рай, обрели бессмертие. Итак, одни люди убивают других, и погибают при этом сами, чтобы получить бессмертие. Откуда же берёт своё начало этот зловещий путь к бессмертию? Многие сегодня думают, что исламский терроризм — это порождение нашего времени. Однако это не так. Корни его уходят в далёкое средневековье, к загадочно-зловещим мусульманским рыцарским орденам. Да, не только христианская церковь имела свои ордена: Тевтонский, Мальтийский, Ливонский, которые мы хорошо знаем с детства, но и ислам имел свои духовные ордена. Одними из наиболее могущественных из них были ордена исмаилитов и ассасинов, являвшихся духовными предтечами современных исламских террористов. После смерти в 632 г. х. э. Магомета созданное им государство почти сразу же начало делиться на различные партии, каждая из которых выдвигала своего кандидата в преемники пророку. И если ещё при первых халифах единство государства удавалось поддерживать, хотя гражданские войны продолжали то и дело вспыхивать, то со временем огромное исламское государство Арабский халифат, обнимавшее территории от Испании до Индии и располагавшееся на трёх материках, начало разваливаться на мелкие мусульманские державы, почти каждый из правителей которых претендовал на верховенство в исламском мире, причём не только политическое, но и духовное. В связи же с тем, что сам Магомет не оставил чёткого учения, а Коран был полон противоречий, то возникли все основания для образования различных течений в исламе: суннитов, ваххабитов, хариджитов, суфитов, шиитов и их ответвлений — имамитов и исмаилитов. Своим названием исмаилиты обязаны Исмаилу, жившему в VIII веке и являвшемуся сыном шиитского имама, который в силу до конца не выясненных причин назначил своим преемником не его, своего старшего сына, а одного из младших сыновей. Однако с этим согласились не все, и ряд шиитов поддержал Исмаила, провозгласив его новым имамом. Встав в оппозицию исламскому правительству — династии Аббасидов в Персии, исмаилиты обрели вскоре большую популярность, благодаря недовольству населения жесткой политикой правящей династии. Примкнули к ним и многие представители других религий (в первую очередь зороастрийцы), насильно обращённые Аббасидами в ислам. Устройство исмаилитского ордена было весьма интересным: “Так, достоверно известно, что первый глава исмаилитов Абдаллах ал-Каддах только наружно исповедовал ислам, а в душе его ненавидел, как и все идущее от арабов, и втайне принадлежал к одной из сект парсизма (Парсизм — учение Зороастра). Его ближайшие сотрудники и доверенные лица тоже были тайными зороастрийцами или вольнодумцами. Иными словами, сектою управляли враги ислама, вынужденные скрывать свои истинные убеждения от основной массы исмаилитов, которая состояла из верующих мусульман, но, по идее возглавителей, должна была служить только слепым орудием в их руках. Сообразно этому, секта получила структуру ордена, который подразделялся на семь, а по некоторым источникам даже на девять степеней посвящения. Рядовые члены не поднимались выше второй, и здесь, в низах, по-видимому, господствовал чистый ислам. В следующих степенях он постепенно развенчивался и наконец, в самых высших, — в которые посвящались лишь избранные, отрицался полностью. Тут выявлялась совершенно иная религиозно-философская доктрина, в которой можно обнаружить отдельные элементы учения Зороастра, буддизма и гностицизма, но кое-что оставлено и от мусульманства. Весьма заметно также влияние теоретической философии (метафизики) Аристотеля. В общих чертах, по этому внутреннему учению исмаилитов, существует некий абсолютный мировой дух или всевышний Бог, который, однако, не имеет определенного образа и характеризующих его свойств и качеств, — это скорее непостижимый для людей сгусток идеи творения и первопричина всего существующего. Исмаилиты сохранили за ним имя Аллаха, но считают, что какое-либо общение с ним невозможно и молитва ему бессмысленна. Во все это членов секты посвящали постепенно, доводя каждого до того предела откровения, на восприятие которого считали его способным. Когда неофит приносил клятву молчания и повиновения, его вводили в первую степень, где учили воздавать хвалу и поклонение Аллаху и Магомету, лишь слегка своеобразно истолковывая Коран и ни в чем не отступая от шариата. Для лиц неразвитых и примитивных на этом дело и кончалось. Более способных через некоторое время посвящали во вторую степень, где смысл Корана извращался уже сильнее. На третьей ступени этой иерархической лестницы следовали новые откровения и принципы шариата объявлялись не обязательными. На четвертой уже прямо говорили, что шариат выдуман для глупцов и невежд, чтобы легче держать их в повиновении. Далее посвящаемый, — если его находили способным и достойным, — узнавал, что Магомет не является высшим авторитетом: он выше Моисея и Иисуса, но придут пророки, которые его превзойдут и затмят. Последним из них будет Махди, который совершит всевышний суд над людьми и введет избранных в царство Мирового Разума. На этом, т.е. на пятой степени, магометанство исмаилита фактически кончалось. На следующих уже учили, что обряды это пустая формальность, что все религии, в сущности, одинаковы и что их предписания обязательны только для черни и для примитивно мыслящих людей. И наконец, на самой верхней внушалось, что философия выше религии. Тут посвящаемый делался уже вольнодумцем и ему открывались истинные положения и цели исмаилизма. Но этих вершин достигали лишь немногие, особо избранные. В силу такой организации, орден исмаилитов быстро рос и усиливался, постепенно опутывая своими сетями весь халифат и вбирая в себя не только мусульман, но также многих зороастрийцев, христиан, евреев и буддистов, которые ждали от него защиты и установления справедливости. Когда умер Абдаллах ал-Каддах, главою исмаилитов стал его сын Ахмед. При нем орден уже приобрел на Востоке огромное политическое значение и приступил к открытым действиям против династии Аббасидов. В конце девятого столетия исмаилиты захватили Бахрейн и часть побережья Африки, где на их сторону стали берберийские племена. Халифом и имамом этих областей был провозглашен один из потомков Али и Фатимы, Абусейид, который, приняв имя Убейд-Аллаха, стал родоначальником династии Фатимидов. Несколько десятков лет спустя исмаилиты завоевали Сирию, а вскоре и Египет, — здесь был ими основан город Каир, куда Фатимиды перенесли свою столицу. Им подчинилась также вся Северная и Западная Африка” [Каратеев М.Д. Исмаилиты и ассасины. В кн. Арабески истории. М.: Ди-Дик, 1994. С. 228—230]. Как видим, внешняя святость и агитация во имя Аллаха была лишь прикрытием в достижении корыстной цели, во имя которой грубо обманывались миллионы людей и не подозревающих, что вступают в орден, учение которого в своей основе попирает ислам, а руководители являются язычниками и оккультистами. Однако то же стремление к власти, приведшее к образованию исмаилитов, способствовало и их расколу в XI веке, когда они разделились на течения низаритов и мусталитов. Главой низаритов был некий Гасан ибн-Саббах, который бежал из Египта в Персию и попытался захватить там власть путём организации восстания. “К свержению власти султана это восстание не привело, но в августе 1090 года Гасану удалось в северной части Персии, близ города Казвина, обманом захватить неприступную горную крепость Аламут, где он прочно утвердился и, приняв звание шейха, организовал особый террористический орден, вскоре сделавшийся послушным орудием в его руках и грозою всего мусульманского мира” [Каратеев. Указ. соч. С. 233]. Он ставил “своей целью воспитывать и использовать в политических целях фанатиков веры, фидаинов, просто убийц. Окружённые атмосферой тайны, шейхи низаритов стремились воспитать у своих последователей готовность к самопожертвованию и беспрекословному повиновению приказу руководителя, которого никто из фидаинов не знал в лицо. Внушая будущим фидаинам, что смерть во имя веры — прямая дорога в рай, наставники юношей стимулировали их рвение гашишем” [Васильев Л.С. История религий Востока. М.: Высшая школа, 1988. С. 166]. Впрочем, идея религиозной нетерпимости и вера в то, что путём убийств и войны можно получить бессмертие, была изобретена не исмаилитами, а лежала в основе одного из догматов самого ислама. “К пяти столпам исламской веры нередко добавляют ещё один — шестой, священную войну против неверных (джихад или газават). Такая война тоже была священной заповедью правоверных… война против неверных считалась священной заповедью, причём участие в ней освобождало от всех грехов и обеспечивало правоверному в случае его гибели в бою место в раю, что всегда одушевляло воинов-мусульман. Своими ратными успехами и победоносным продвижением в первые века ислама арабы были во многом обязаны именно этому священному принципу. И здесь свою роль играл не только фанатизм, но и фатализм, т.е. убеждённость в том, что судьба каждого предопределена Аллахом заранее, что её все равно не обойти (чему быть, того не миновать) и что поэтому нечего бояться, можно смело идти в бой, особенно за правое дело” [Васильев. Указ. соч. С. 139]. “Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха, не подчиняется религии истины, нарушает запреты Аллаха и Его посланника. Сражайтесь с ними, пока они не будут обессилены и унижены” (Коран, Сура 9, стих 29). Поэтому провозглашать святость насилия и получение за это бессмертия Гасану и его преемникам не представляло никакого труда. “За употребление гашиша, который нашел у Гасана ибн-Саббаха весьма своеобразное применение, члены этого ордена на Востоке получили название гашишинов (по-арабски „хашшашин“). Крестоносцы, которым они наносили весьма чувствительные потери, перековеркали этот термин в „ассасин“, так стали называть членов этой организации в Европе, а несколько позже это слово стало нарицательным и вошло во французский и в некоторые другие европейские языки, приобретя значение коварного убийцы. Орден ассасинов носил традиционную на Востоке форму религиозной секты и имел пять степеней, но в отличие от чистых исмаилитов, в абстрактную философию он особенно не углублялся и по духу был гораздо более мусульманским, хотя и толковал Коран совершенно произвольно. Во главе его стоял шейх, называвшийся также заместителем имама, а иногда и имамом. Четвертый глава ассасинов, шейх Гасан Второй, даже попытался объявить себя халифом, имамом и последним великим пророком — Махди одновременно. Члены двух старших степеней назывались „деями“, то есть миссионерами. Высшие из них были посвящены во все тайны и цели ордена полностью, а остальные лишь частично. Членам низших степеней не открывали ничего или почти ничего, — это были только слепые исполнители воли шейха и деев. Они носили название „федави“, что значит жертвующий собой за веру. Этих федави Гасан ибн-Саббах подбирал, главным образом, из сильных и смелых юношей, принадлежавших по преимуществу к бедным слоям населения, и воспитывал их в абсолютном повиновении своему слову. Для того, чтобы настроить их должным образом и подготовить к подвигу, он, прежде всего, путем настойчивой религиозной обработки, превращал их в исступленных фанатиков, а потом, в нужный момент, одурял гашишем. По преданиям — в достоверности которых некоторые историки сомневаются, хотя они довольно убедительно подкреплены письменным свидетельством Марко Поло и других средневековых авторов, одурманенного юношу, пока он находился в бессознательном состоянии, переносили в потайной сад, окруженный высокими стенами и оборудованный в соответствии с мусульманским представлением о рае. Здесь подготовляемый к подвигу федави, очнувшись, блаженствовал короткое время в объятиях прекрасных „гурий“ и наслаждался всевозможными удовольствиями. Затем его усыпляли снова, переносили в обычную обстановку и на следующий день уверяли, что молитвами шейха душа его только что побывала в раю и что испытанное там блаженство будет его вечным уделом, если он сложит голову, выполняя поручения вождя. После этого федави бесстрашно шли на смерть, становясь слепыми орудиями Гасана, который с их помощью очень скоро навел ужас на самых могущественных сановников своего времени и даже на носителей верховной власти. Тот, на кого указывала своим адептам беспощадная рука Гасана ибн-Саббаха, был уже обреченным человеком, как бы высоко он ни стоял: почти не бывало случая, чтобы кинжал федави не поразил намеченную жертву. А если был бессилен кинжал, то наверняка действовал яд. Убийство, как правило, совершалось совершенно открыто, на людном месте, причем убийца и не пытался бежать: он с восторгом принимал смерть, уверенный в том, что купил себе вечное блаженство, уже испытанное им однажды. Все это производило потрясающее впечатление на очевидцев, и вскоре весь мусульманский Восток трепетал при упоминании „шейха горы“, имя которого теперь боялись произносить вслух. Террор и убийства приняли такой размах, что высокопоставленные и должностные лица даже дома боялись снимать кольчуги или что-либо съесть, не испробовав предварительно кушанья на рабах. Смерть подстерегала их всюду, — предательский удар мог быть нанесен в любую минуту и нередко его наносило лицо, которое пользовалось полным доверием жертвы. При таких именно обстоятельствах был убит сын Низам ал-Мулька. Наконец, восстание было ликвидировано, — вернее, закончено, ибо наступивший мир был обусловлен тем, что все захваченные ассасинами города и замки остались в их руках. Внутри Персии образовалось подлинное государство ассасинов. Вскоре оно совершенно оформилось как таковое и просуществовало более ста пятидесяти лет, в случае надобности пользуясь прежними методами террора и убийств. При преемниках Гасана ибн-Саббаха ассасинами было убито два абассидских халифа , не говоря уж о множестве вельмож и представителей высшей знати. Этим государством-орденом управляла своя династия наследственных шейхов” [Каратеев. Указ. соч. С. 233—235]. Более 150 лет это террористическое государство, торгующее быстрым получением бессмертия, внушало ужас почти половине Европы и Азии, пока монголы не вторглись в Персию и не осадили Аламут, резиденцию “старца гор”, как себя именовали преемники Гасана. “Несмотря на внешнюю силу и складывавшийся на протяжении столетий страх перед исмаилитами, положение их оказалось крайне тяжёлым. Почти все феодальные владетели Ирана спешили признать власть Хулагу (вождь монголов — прим. А.О.). Да и среди ближайшего окружения тогдашнего “старца гор” Рукн ад-Дина было немало людей, установивших связи с монголами. Под их влиянием Рукн ад-Дин сдался Хулагу. Последний использовал главу исмаилитов для овладения неприступным Аламутом, но затем отправил его в Каракорум (столица монгольской державы — прим. А.О.), где тот был убит. Прочие крепости исмаилитов были взяты и разрушены. Государство исмаилитов пало” [История Востока. В 6 т. М.: Восточная литература РАН, 1995. Т. 2. С. 413—414]. Вскоре был положен конец и их филиалу в Сирии. “Еще при Гасане Первом группа ассасинов-проповедников была послана в Сирию и осела в городе Халебе (Алеппо), где местный эмир Ридван принял пришельцев милостиво и когда они достаточно окрепли за счет местных последователей и прибывающих из Персии пополнений, — начал пользоваться ими в борьбе со своими врагами и соперниками. Вскоре эмир соседнего княжества Химса, во время богослужения в мечети, был сражен кинжалом федави, что положило начало нескончаемой серии убийств. Как следствие этого, едва умер эмир Ридван, покровительствовавший ассасинам, жители Халеба частью перебили их, а частью изгнали. Но к этому времени сирийские ассасины были уже достаточно сильны и многочисленны, — им даже удалось отобрать у крестоносцев крепость Апомею, а несколько позже эмир Бури, очевидно устрашенный их славой, отдал им во владение превосходно укрепленный город Бениас, где они прочно обосновались. Признавая верховную власть аламутского шейха и подчиняясь приходящим из Персии указаниям, они постепенно овладели рядом крепостей и замков в горах Ливана и создали тут филиал ассасинского государства, управляемый своими шейхами. Из них особенно прославился ал-Джебель, обосновавшийся в горной крепости Алейке, где у него, по преданиям, для одурачивания своих федави был оборудован такой же „рай“, как и в Аламуте. Этот шейх получил прозвание „старца горы“. Впрочем, в западной литературе это прозвище присваивается также Гасану ибн-Саббаху. Опираясь на свои неприступные горные гнезда, ассасины повели борьбу с владетелями соседних государств, как мусульманских, так и созданных на Востоке крестоносцами. В этой борьбе они отнюдь не придерживались какой-либо принципиальности и солидарностью со своими единоверцами не отличались. Часто они, вместе с другими мусульманами, воевали против крестоносцев, но когда это было выгодно, не задумываясь вступали с христианскими рыцарями в союз против того или иного мусульманского вождя. По масштабам террористической деятельности сирийские ассасины не уступали своим персидским собратьям: под их ударами пали сотни виднейших сановников и правителей, в том числе эмиры Химса, Дамаска, Мераги и Мосула, двое великих везиров египетского халифата и даже сам фатимидский халиф Аамир, которого ассасины считали узурпатором. Такая же участь постигла многих виднейших крестоносцев, среди которых были зарезаны Тирский князь Конрад, Триполийский граф Раймунд Первый и сын Антиохийского князя Боэмунда. Было сделано несколько покушений на жизнь знаменитого султана Саллах ад-Дина, победителя крестоносцев, что вынудило его спать в особо охраняемой башне и не подпускать к себе никого без предварительной проверки. Но несколько позже Саллах ад-Дин сумел поладить со „старцем горы“ и даже пользовался ассасинами для своих политических целей. Многие высокопоставленные лица и даже монархи, желая оградить себя от покушений ассасинов, платили им крупные суммы, а иногда и регулярную дань. Так, например, германский император Фридрих Второй, приехавший в Палестину в связи с крестовыми походами, прежде всего отправил шейху ассасинов богатейшие подарки, стоимость которых исчислялась в 80.000 динариев. А когда туда прибыл французский король Людовик Святой, ассасины сами потребовали от него дани, пояснив, что они ежегодно получают ее от германского императора, египетского султана, венгерского короля и многих других государей, „которым хорошо известно, от кого зависит их жизнь“. Однако вскоре это положение изменилось: в середине тринадцатого столетия, ослабленные борьбой с монголами и другими неудачами, ассасины были разгромлены в 1278 году, как государственное образование войсками египетского султана Бейбарса, который однако сохранил их как секту. При чём часто пользуясь их услугами для убийства своих противников” [Каратеев. Указ. соч. С. 236—237]. Крепости и райские сады ассасинов были разрушены, гурии проданы в рабство, но идеи обретения бессмертия через убийство других людей продолжали жить. Своё новое рождение они получили в XVIII в. в учении аль-Ваххаба, получившего название ваххабизма, ставшего сегодня печально известным благодаря войне в Чечне, где многие боевики исповедуют это направление. И если в XI—XIII веках ассасины терроризировали лишь часть Европы и Азии, то сегодня исламские террористы-смертники сковывают ужасом весь мир и ни один выпуск новостей не обходится без сообщения о том, что ещё один смертник пожелал обрести бессмертие, уничтожив при этом вместе с собой ни в чём неповинных людей. Зловещие “Старцы горы” действительно не ушли в историю. Сегодня существуют не менее, если не более жестокие главари исламского экстремизма, в том числе и на территории России, в Чечне. Одним из которых являлся Хаттаб — один из главарей боевиков. “Эмир ибн Аль Хаттаб (по различным версиям Хоттаб, Хатаб, Хеттаб), он же „Ахмед однорукий“, он же „Черный араб“, примерно 1963 года рождения. По некоторым данным, Хаттаб в течение 17 лет принимает участие в различных боевых действиях, в том числе в Афганистане на стороне моджахедов, в странах Персидского залива (предположительно в Ираке) и против Израиля, был инструктором в лагерях афганских моджахедов на территории Пакистана. Хаттаб очень религиозен, Чечню считает „землей Аллаха“ и готов воевать до тех пор, пока на ней „не останется ни одного неверного“. Выдает себя за пакистанца, с окружающими объясняется, как правило, на очень плохом русском языке. Имеет непререкаемый авторитет среди подчиненных, которые беспрекословно выполняют любые его распоряжения. Отличается особой жестокостью по отношению к пленным, в том числе раненым. При расправах с захваченными в плен предпочитает использовать холодное оружие. Глумился над трупами российских военнослужащих, отрезая им уши, носы, снимая скальпы. Все эти действия фиксирует на видео и фотопленку с целью демонстрации своей практической деятельности для привлечения финансовых средств из мусульманских зарубежных организаций и фондов Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, Катара, Иордании, Турции. Основная база Хаттаба расположена на территории бывшего пионерлагеря в районе селения Сержень-Юрт на левом берегу реки Хулхулау, где сосредоточено семь учебных лагерей. Из них пять — под общим руководством Хаттаба, другие два — курируются Ширвани и Шамилем Басаевым. Пять лагерей Хаттаба дислоцируются на небольшом расстоянии друг от друга и называются по именам руководителей этих лагерей:

1. Центральный лагерь (он же штаб Хаттаба), где сосредоточено около 100 иностранных наемников и небольшое количество боевиков-чеченцев.

2. „Абужафар-лагерь“ — обучение методам ведения партизанской войны и использования всех видов стрелкового вооружения.

3. „Якуб-лагерь“ — подготовка по овладению навыками военного искусства, а также применению в бою тяжелого вооружения.

4. „Абубакар-лагерь“ — обучение проведению диверсионно-террористических акций в тылу „противника“.

5. „Давгат-лагерь“ — психологическая и идеологическая подготовка путем глубокого изучения Корана, усвоения исламских догм.

Учебный процесс налажен хорошо, Хаттаб лишь инспектирует его. Большинство из курсантов составляют выходцы из Узбекистана, Таджикистана, Казахстана, Киргизии и других республик бывшего СССР (около 2000 чел). Постоянно в лагере проживают около 50—60 иностранцев, у которых Хаттаб изъял паспорта и которые, даже при желании, не могут выехать обратно. Это наемники из стран Ближнего и Среднего Востока. В лагере идут постоянные круглосуточные занятия с ежедневной учебной стрельбой. Обучаемые хорошо обеспечиваются продуктами питания. Кроме того, в селении Харачой, в созданной Хаттабом школе-медресе, насчитывается 80 человек, в основном аварцы и даргинцы. Преподают в медресе наемники-арабы, предпочтение отдается реакционному мусульманскому течению ваххабизм. Помимо этого, с учащимися проводятся занятия по физической и военной подготовке. Финансирование школы осуществляется из Саудовской Аравии. Для достижения своих целей исламскими фундаменталистами разработана и осуществляется широкомасштабная программа (под названием „Исламский призыв“) создания на территории северокавказских республик военизированных формирований по образцу исламского движения талибов, в которые зачисляются так называемые „бойцы ислама“, прошедшие военную и религиозную подготовку. При „Исламском институте Кавказ“ находится и лагерь военной подготовки „Сайд Ибн Вакас“. В настоящее время в институте насчитывается 40 преподавателей из числа арабов и афганцев и 160 слушателей, программа обучения, основу которой составляет изучение арабского языка и религиозных дисциплин, рассчитана на два месяца. Практически все студенты, в числе которых, наряду с гражданами республик Северного Кавказа, есть и представители Татарстана, одновременно проходят военную подготовку и в лагере „Сайд Ибн Абу Вакас“”. [Интернет-сайт: www.compromat.ru]. Итогом деятельности этих страшных группировок были не только развязывание войны, теракты, но и создание самых настоящих концлагерей. Один из которых был недавно обнаружен. “В лагере содержались граждане, которых бандиты брали в заложники с целью получения в последующем выкупа, использования в качестве рабов, а также для пыток и зверских убийств с целью устрашения представителей российских органов власти, военнослужащих федеральных сил и родственников заложников. По некоторым данным, в лагере находилось до 150 человек. Среди них — 20 энергетиков АОЗТ „Гермес-Юг“, которые работали вахтовым методом на Грозненской ТЭЦ-2, 6 работников „Ростовэнергоремонт“, православные священники отец Сергий и отец Анатолий, 28 строителей из Зеленокумского ПМК, военнослужащие федеральных сил и чеченцы (например, бывший министр печати Чечни Лече Удугов). За время нахождения в концлагере практически все его узники подвергались постоянным пыткам и избиениям. По данным военных, значительная часть граждан была замучена и зверски убита, после чего захоронена в близлежащих местах. Для этого бандиты сформировали из числа заложников похоронную команду. В Региональном оперативном штабе отметили тот факт, что ни в одном из захоронений не обнаружено черепов. Известно, что бандиты отрубали и отрезали головы у заложников, насаживали их на колья и для устрашения выставляли на всеобщее обозрение. Сколько еще в Чечне таких захоронений, пока не знает никто. Скорее всего, зарытые останки казненных пленников здесь будут находить еще не один год: в списках пропавших без вести в Чечне до сих пор числится около 800 человек”. [Интернет-сайт: www.compromat.ru]. Но ещё более жутким является создание на территории Чечни женских террористических лагерей.

13-летние смертницы

О том, что на территории Чечни существует лагерь для подготовки женщин-смертниц, и, возможно, не один, как уверяют спецслужбы, знали давно. Вот только живых шахидок ни разу не удавалось взять в плен. Как сообщил ГАЗЕТЕ источник в правоохранительных органах, теперь есть подтвержденные данные о том, что на юго-востоке Веденского района Чечни в одном из горных лагерей боевиков существует школа смертников — шахидов, организованная по прямому указанию Аслана Масхадова. Ее костяк составляют женщины. Их, по оперативным данным, около тридцати. Все они готовы пойти на смерть, унеся вместе с собой жизни десятков людей. А именно такая перед ними и ставится задача. Среди них есть „идейные“ — жены погибших полевых командиров и боевиков. Именно этих „сестер“ прорекламировал с телеэкрана Мовсар Бараев после захвата театрального центра „Норд-Ост“. Но все-таки в основном это похищенные боевиками девушки. Есть русские, проживавшие в Чечне, есть азербайджанки, жительницы Дагестана, Грузии и даже Турции. Основной возраст от 15 до 25 лет, но попадают к боевикам и 13—14-летние.

„Добровольная“ смерть

Правоохранительные органы уверяют, что у всех шахидок произошли необратимые изменения в психике, после которых они настроены только на самоубийство через теракт. „Большинство похищенных девушек добровольно становятся смертницами после того, как их на протяжении нескольких недель насилуют, унижают, избивают и пичкают наркотиками и психотропными средствами“, — говорит наш собеседник. После „добровольного“ согласия женщин начинают обучать взрывному делу. На задание их, как правило, отправляют парами. Если у одной что-то не получится — то вторая подорвет обеих. При этом женщин все равно „подстраховывают“ боевики, находящиеся рядом. Если взрыва не произойдет — шахидок должны уничтожить.

„Белые колготки“ Шамиля Басаева

Еще во время первой чеченской войны все услышали о „подвигах“ „белых колготок“ — женского батальона снайперов, воевавшего на стороне боевиков. Создавал снайперское движение Шамиль Басаев, а командовала женщинами его родственница — Мадина Басаева. В большинстве своем батальон состоял из прибалтийских биатлонисток и жительниц Украины. Воевали „подружки“, как их называли боевики, на контрактной основе — убийство солдата оценивалось в 200—500 долларов, офицера в зависимости от звания — от 1000 до 1500. Часто „белые колготки“ не убивали русских военных с одного выстрела — сначала стреляли ниже пояса, а потом уже добивали в голову”. [Интернет-сайт: www.compromat.ru]. Эти исламские террористы вызывают, несмотря на творимые ими бесчеловечные злодеяния, и сочувствие, ибо они грубо обмануты своими корыстными руководителями, многие из которых, по примеру своих средневековых “коллег”, не верят в ислам вообще, будучи либо атеистами, либо оккультистами. Сегодня эти люди торгуют бессмертием, обещая его каждому, кто наденет на себя пояс шахида (пояс со взрывчаткой) и погибнет, увлекая за собой других людей. Ниже мы увидим, что это зловещее учение об обретении бессмертия через убийства во имя веры других людей характерно было не только для некоторых направлений ислама, но и для ряда весьма и весьма крупных течений язычества, синтоизма (японские камикадзе) и … христианства.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования 

return_links(); ?>


Библия и наука — nauka.bible.com.ua

© 1996-2004 А. А. Опарин
Разработка и сопровождение © 2000-2004 Юрий Цупко&Виктор Белоусов victor_bell@rambler.ru