Опарин А.А. В поисках бессмертия. Археологическое исследование Первой книги Царств

Глава 6

Пять царских городов

Какова же ранняя история и происхождение филистимлян, народа, сокрушившего хеттскую империю, царства Сирии, чуть было не одолевшего сам Египет. Последние исследования историков и данные археологии однозначно подтвердили все библейские сообщения об этом народе, хотя ещё полвека назад большинство из них называли вымыслом. Итак, Библия в знаменитой Таблице народов, записанной в книге Бытие, 10 главе, относит филистимлян к потомкам Хама. “Сыны Хама: Хуш, Мицраим, Фут и Ханаан. От Мицраима произошли Лудим, Анамим, Легавим, Нафтухим, Патрусим, Каслухим, откуда вышли Филистимляне, и Кафторим” (Быт. 10:6, 13—14). Во-вторых, Библия указывает, что филистимляне ещё во времена Авраама, т.е. в XIX в. до х. э., обитали на территории Палестины (см. Быт. 20 глава), тогда как по данным истории они появились там только в XII в. до х. э., после поражения их Рамзесом III. В-третьих, Писание говорит о связи филистимлян с островом Крит. “Не таковы ли, как сыны Ефиоплян, и вы для Меня, сыны Израилевы? говорит Господь. Не Я ли вывел Израиля из земли Египетской и Филистимлян — из Кафтора, и Арамлян — из Кира?” (Ам. 9:7). “Кафтор — это и есть Крит — большой остров, лежащий близ Греции” [Келлер В. Библия как история. М.: Крон-Пресс, 1998. С. 206]. Но одновременно с этим Быт. 10:14 называет предком филистимлян почему-то не Кафторима, а Каслухима. После столетних исследований учёные разрешили эти вопросы, ещё раз убедясь в точности библейских сообщений. Так было установлено, что первоначальные предки филистимлян, потомки Каслухима, жили в Аравии, затем перебрались оттуда в Египет. Там они оставались довольно незначительное время, оставив по себе память в названии Пелузия и пелузийского рукава Нила (по-еврейски, филистимляне — плишти). Затем из Египта они к XIX в. до х. э. перебираются в южную часть Ханаана. Примерно в это же время родственное им племя потомков Кафторима заселяет остров Крит. С течением времени хананейские филистимляне вследствии внутренних неурядиц и неудачных войн с окрестными племенами лишаются своей государственности, практически сходя с авансцены истории. В то же время их островные родственники, напротив, будучи в течении нескольких веков почти изолированными на Крите и, вероятно, на ряде других Эгейских островов, активно включаются в политическую историю только в XIII в. до х. э., заняв, затем, земли своих этнических родственников. Однако следует подчеркнуть, что, с одной стороны, оба народа, которых стали называть общим именем “филистимляне”, как бы слились воедино и, в частности, Библия о них так же говорит одновременно. “За то, так говорит Господь Бог: вот, Я простру руку Мою на Филистимлян, и истреблю Критян, и уничтожу остаток их на берегу моря” (Иез. 25:16); “Горе жителям приморской страны, народу Критскому! Слово Господне на вас, Хананеи, земля Филистимская! Я истреблю тебя, и не будет у тебя жителей” (Соф. 2:5). Но в то же время деление у них сохранялось. Так ещё во времена царя Давида (X в. до х. э.) потомков Каслухима именовали хелефеями, а Кафторима — фелефеями. “И Ванея, сын Иодая — начальником над Хелефеями и Фелефеями, и сыновья Давида — первыми при дворе” (2 Цар. 8:18). Хотя упоминаются они вновь вместе [Иосиф Флавий. Иудейские древности. В 2 т. Минск: Беларусь, 1991. Т. 1. Кн. 1. Глава 12. С. 40; Нюстрем Э. Библейский словарь. СПб.: Библия для всех, 1997. С. 466—467]. Итак, в XII в. до х. э. на землях Ханаана осели филистимляне. Пробыв длительное время на Эгейских островах, они впитали в себя и культуру обитавших там представителей микенской (древнегреческой) цивилизации. Так керамика первых филистимлян, прибывших в Ханаан в XII в. до х. э., восходит к позднемикенской и субмикенской [Malamat A. Ursprьnge und Frьhgeschichte, in Geschichte des Jьdischen Volkes. Bd I, Mьnchen, 1981, p. 106—107; Weippert M. Palgstina in vorhellenistischer Zeit. Mьnchen, 1988, p. 373—379], отличительными особенностями которой были, в частности, кувшины с красно-чёрным геометрическим орнаментом и изображениями лебедей, чистящих перья [Келлер. Указ. соч. С. 205]. Но уже буквально через 20—30 лет филистимская керамика впитывает в себя исконно ханаанские черты [Iacovob M. The pictorial pottery of eleventh century B. C. Cyprus. Gцteborg, 1988, p. 84]. Вместе с особенностями керамики филистимляне воспринимают очень быстро и другие особенности местной культуры, в частности, религию [Циркин. Указ. соч. С. 104]. Такая удивительная быстрота восприятия, всего 20—30 лет, объясняется, конечно же, тем, что придя в Палестину филистимляне пришли не на чужую землю, не в чуждую культуру, а оказались там, где жили и живут их родственники, с которыми у них сохранился общий язык. “В политическом плане филистимляне объединились в города-государства, в каждом из которых стоял глава, носивший титул „серен“, от которого, может быть, и пошло более позднее греческое слово тиран [Albright W.F. The Amarna Letters from Palestine // Cambridge Ancient History, 1975, V. II, 2, p. 526]. Территория города-государства не ограничивалась лишь непосредственно самим городом, но включала в себя другие, более мелкие города и селения. Раскопки показали довольно значительное количество городских поселений, подчинённых более крупным. Пять филистимских городов объединились в союз, обычно называемый в науке Пятиградьем” [Циркин. Указ. соч. С. 104—105]. Этими пятью царскими городами (Пятиградьем) были Газа, Азот (Ашдод), Аскалон, Геф и Аккарон (Екрон) — [Косидовский З. Библейские сказания. М.: Политиздат, 1978. С. 249]. “Все они были древними городами, игравшими значительную роль в предшествующие эпохи. Но раскопки показали, что между предшествующими городами и филистимлянскими поселениями лежат слои разрушений [Dothan T. The Philistines Reconsidered // Biblical Archaeology Today, Jerusalem, 1985. P. 167—173; Gittin S., Dothan T. The Rise and Fall of Ekron of the Philistines // Biblical Archaeologist, 1987. V, 50, 4, p. 198—201], а следовательно, филистимляне заняли уже переставшие существовать города. Сначала они создали, вероятно, сравнительно небольшие укрепленные поселения, которые довольно быстро развились в подлинные города [Weippert. Ibid. p. 383]. Раскопки показали, что материальная культура филистимлян не имела своих корней в предыдущем культурном развитии этого региона [Baraco F.J. The Seaborne Migration of the Philistiner // American Schools of Oriental Researches, 1999, № 49, 2, p. 10]. В наибольшей степени она связана с культурой Микенской Греции” [Baummovitz S., Faust A. Chronological Separation, Geographical Segregation, of Ethnic Demarcation? // Bulletin of the American Schools of Oriental Researches, 2001, № 332, p. 7]. Интереснейшей особенностью этого союза пяти городов являлось то, что “этот союз был, в первую очередь, религиозным объединением и его важной функцией являлось отправление культа Дагона, вокруг храма которого союз и объединялся. Такой храм находился в Газе и этот город играл, по крайней мере, на первых порах, роль гегемона всего Пятиградья. Газа, как говорилось ранее, была центром египетской провинции Ханаан, и из нее осуществлялось египетское господство над Палестиной. Выдвижение этого города подчёркивало преемственность филистимского господства по отношению к египетскому. Характерно, что уже довольно рано верховным богом филистимлян оказывается западно-семитский Дагон. В случае необходимости союз мог играть и военную роль. Так, в наиболее напряженной войне с израильтянами действовало объединённое войско всех филистимских правителей. Во второй половине XI в. до н. э. более важную роль играл Ашдод, куда после разгрома израильтян филистимлянами перенесли израильскую святыню — ковчег завета, и где тоже имелся храм Дагона (1 Цар. 5:2). Ковчег завета побывал ещё в двух филистимских городах — Гате (Гефе) и Аскалоне, но ни в одном из них явно не было храма Дагона. Вероятно, наличие этого храма определяло первенство того или иного города в филистимском Пятиградье… важнейшие вопросы решались собранием всех филистимских правителей” [Циркин. Указ. соч. С. 105]. Как видим, современная наука всецело подтвердила библейские сообщения о филистимлянах. Во-первых, о том, что у них было именно пять царских городов, и именно Геф, Газа, Аскалон, Аккарон и Азот. Во-вторых, что верховным божеством был Дагон; в-третьих, что во времена Илии и Самуила центром Пятиградья был Азот. В-четвертых, отсутствие в Аскалоне и Гефе храмов Дагона; в-пятых, отсутствие у филистимлян единодержавной царской власти. В-шестых, Писание говорит об очень активной внешнеполитической деятельности филистимлян. И действительно, едва освоившись на новом месте, филистимляне приступают к завоеваниям. Так они захватили ряд городов, в том числе таких мощных, как Мегиддо, Лахиш, Бетэль, Гезер и установили свою гегемонию над значительной частью страны, особенно над Нижней Галилеей и долиной Иордана [Wright G.E. Fresh Evidence for the Philistine Story // The Biblical Archaeologist. 1966, V, 29, 3, p. 74—77; Kempinski A. Megiddo. Mьnchen, 1989, p. 80—82]. Захваченные города вначале разрушались, но вскоре восстанавливались под управлением филистимского наместника, подчинявшегося одному из городов Пятиградья. Совершали они набеги и на богатые финикийские города. Так ими был разграблен богатый Сидон, жители которого были вынуждены бежать из города [Страбон. География. СПб.: Наука, 1994. Книга 16, 2, 13]. Имели филистимляне и флот, который, однако, был слабым и существенной роли в средиземноморье никогда не играл [Vaux R. La Phenicie et les Peuples de la Mer // Melanges de I’Universite Saint-Joseph, 1969. T. 45. P. 491]. Итак, в течении двух-трёх десятилетий разгромленные фараоном филистимляне не только не стали жертвой воинственных хананеев и финикийцев, намного превосходящих их численностью и наличием прекрасных неприступных крепостей, но сумели одних разгромить, а других держать в страхе. Это тем более выглядит удивительным, что единодержавия у филистимлян не было, а без него в древности одерживать победы было очень сложно, тем более в таких условиях. Так благодаря чему же тогда горстка изгоев-захватчиков покорила народы и сокрушила неприступные крепости? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо отправиться за многие километры от Палестины, в горы Армении.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования