Опарин А.А. История рабства. Археологическое исследование книги Откровение

Глава 7

Гномы Древнего мира

В народных сказках часто фигурируют гномы — маленькие волшебные существа, хозяева гор, которые охраняют их богатства — драгоценные камни и металлы. Гномы хранят секреты их местонахождения и добычи. И если в наши дни погоня и добыча драгоценных металлов является одной из самых прибыльных, то не менее прибыльной она была и в Древнем мире. Более того, если сегодня драгоценные металлы определяют уровень жизни человека, то в древности обладание ими давало, порой, саму жизнь. Причём жизнь давало не золото или серебро, а медь, бронза и железо, ибо из этих металлов готовилась не только утварь, но и орудия труда, а главное — вооружение. Недаром ещё недавно древнюю историю делили на века в зависимости от появления в быту того или иного металла. Начиная от каменной эпохи, затем следовала медная, бронзовая и, наконец, железная эпоха. И тот, кто обладал медными орудиями труда и вооружения, стоял намного выше того, у кого в руках были изделия из камня. А тот, кто знал секреты выплавки железа, господствовал над тем, кто использовал медь или бронзу. Железные мечи шутя разбивали медные и бронзовые щиты и латы. Железные орудия при обработке земли способствовали получению высоких урожаев. Словом, железо давало всё. И потому секреты его получения держались в тайне так же крепко, как сказочные гномы оберегали от посторонних глаз свои сокровища, спрятанные глубоко в горах. Первыми “гномами-хранителями” тайны железа было армянское “племя Кизвадан, которое в XIV в. до н. э. научилось выплавлять железо (по последним данным это событие произошло ещё в начале III тысячелетия до х. э. — прим. А.О.) [Рыжов К.В. 100 великих изобретений. М.: Вече, 2000. С. 33]. Оно не сделало нового открытия, а попросту нашло способ дешевого изготовления железа, да ещё в большом количестве. В Египте и Месопотамии железо знали уже в третьем тысячелетии до н. э., однако оно встречалось столь редко, что его ценили выше золота” [Косидовский. Указ. соч. С. 251]. Что же это был за способ, который открыли древние умельцы — племя Кизваданов, ведь хотя железо в составе многих минералов распространено весьма широко, однако по сравнению с металлургией меди, металлургия железа является достаточно сложным процессом, ибо железо плавится при температуре 1539 градусов, что было совершенно недоступно добиться древним мастерам. И всё же они как-то получили железо. “Наиболее распространенные железные руды (магнитный железняк, красный железняк и бурый железняк) представляют собой либо соединение железа с кислородом (оксид железа), либо гидрат окиси железа. Для того чтобы выделить металлическое железо из этих соединений, необходимо восстановить его — то есть отнять у него кислород. Разумеется, древние мастера не имели понятия о сложных химических процессах, которые происходили при восстановлении железа. Однако, наблюдая за „плавкой“ руды, они в конце концов установили несколько важных закономерностей, которые легли в основу простейших методов производства железа. Прежде всего, наши предки заметили, что для получения железа вовсе не обязательно доводить его до температуры плавления. Металлическое железо можно получать и при гораздо меньших температурах, но при этом должно быть больше топлива, чем при выплавке меди, и это топливо должно быть лучшего качества. Необходимо также, чтобы огонь был как можно более „горячим“. Все это требовало особого устройства печи и условий плавки. Как правило, приступая к „плавке“ железа, мастера сначала выкапывали круглую яму, стенки которой изнутри обмазывались толстым слоем глины. С наружной стороны к этой яме подводилось отверстие для нагнетания воздуха. Затем над округлой нижней частью сооружали верхнюю в виде конуса. В качестве топлива использовали древесный уголь. Его засыпали в самый низ печи — в яму. Сверху на него укладывали слоями шихту — измельченную руду и уголь. На самый верх засыпали толстый слой угля. После того как топливо внизу поджигалось, начинался сильный разогрев руды. При этом шла химическая реакция окисления углерода (угля) и восстановления железа. В виде мельчайших лепестков тестообразное железо, которое было в три раза тяжелее шлака, опускалось вниз и оседало в нижней части печи. В результате на дне ямы собирался ком мягкого сварного железа — крица, весом от 1 до 8 кг. Она состояла из мягкого металла с пустотами, заполненными твердыми шлаками. Когда „плавка“ заканчивалась, печь разламывали и извлекали из нее крицу. Дальнейшая обработка происходила в кузнице, где крицу снова разогревали в горне и обрабатывали ударами молота, чтобы удалить шлак. В металлургии железа ковка на многие века сделалась основным видом обработки металла, а кузнечное дело стало важнейшей отраслью производства. Только после ковки железо приобретало удовлетворительные качества. Чистое железо, впрочем, невозможно использовать из-за его мягкости. Хозяйственное значение имел только сплав железа с углеродом. Если полученный металл содержал от 0,3 до 1,7% углерода, получалась сталь, то есть железо, которое приобрело новое свойство — способность к закалке. Для этого изготовленный инструмент нагревали докрасна, а затем охлаждали в воде. После закалки он становился очень твердым и приобретал замечательные режущие качества. При естественном притоке воздуха температура в печи поднималась не выше 1000 градусов. Уже в древности было замечено, что из той же руды можно получить больше железа и лучшего качества, если в печь искусственно нагнетать воздух с помощью мехов. Меха делались из шкур, снабжались дульцами и приводились в движение вручную. С помощью сопел и мехов в печь нагнетали сырой не подогретый воздух, откуда и пошло название всего процесса. Однако и при этом способе температура могла подниматься только до 1200 градусов, и из руды извлекалось не более половины содержавшегося в ней железа. Являясь общедоступным и дешевым материалом, железо очень скоро проникло во все отрасли производства, быта и военного дела и произвело переворот во всех сферах жизни. Железный топор и соха с железным лемехом позволили освоить земледелие тем народам, которым до этого оно было совершенно недоступно. Только после распространения железа земледелие у большинства народов превратилось в важнейшую отрасль производства. Железо дало ремесленнику инструменты такой твердости и остроты, которым не могли противостоять ни камень, ни бронза. Они явились той основой, на которой стали бурно развиваться другие ремесла. Эти крупные сдвиги положили конец первобытному обществу. На смену ему пришло более развитое — классовое общество” [Рыжов К.В. Сто великих изобретений. М.: Вече, 2000. С. 33—35]. Племя Кизваданов жило высоко в горах, мало сообщаясь с окружающим миром, и в силу специфичности природных условий, а так же, вероятно, ряда факторов, неизвестных нам сегодня, не воспользовалось должным образом своим изобретением. Зато его по достоинству оценили те, кто пришёл с оружием на их землю. “Кизваданов покорили хетты и, разумеется, вырвали у них тайну плавления железа, которую они берегли как зеницу ока” [Косидовский. Указ. соч. С. 251]. Хетты поставили получение железа на весьма широкую ногу. В их городах “порою встречаются кварталы, которые можно определить как „промышленные“, особенно если там занимались обработкой металлов” [Маккуин. Указ. соч. С. 76]. “Производство и применение железа занимали особое место в хозяйственной жизни хеттов, что подтверждается и новейшими данными хеттских клинописных текстов, датируемых XV—XIII вв. до х. э. Существовали разные виды метеоритного и земного, рудничного железа („железо“ и „небесное железо“, „черное железо“, „хорошее железо“, „железо очага“). При обработке „хорошего железа“ (видимо, стали) Центральная Малая Азия занимала исключительное положение среди современных хеттам стран Ближнего Востока, которым, также, была известна железная металлургия. В хеттских текстах сохранились сведения о весе (от 1 сикля, т.е. ок 8,4 г, до 90 мин., т.е. около 45 кг) и размерах (от 3 пядей до миниатюрных, не считая размеров трона, скипетра, копья, кинжала, многих сосудов и т.д.) железных изделий. В большом количестве изготовлялись из железа ларцы, какие-то „длинные сосуды“, кинжалы и их лезвия (клинки), постаменты для статуэток божеств, сами статуэтки, булавы, гвозди (колышки), молотки, топоры, резные предметы культово-ритуального назначения, предметы роскоши. В хеттских текстах упоминаются кузнецы по железу („железоделатели“), сопоставляемые с кузнецами по золоту, серебру и меди. Железо производили в разных местах Хеттского государства, и в особенности в северных и северо-восточных районах” [История Востока. Указ. соч. Т. 1. С. 122]. Однако, несмотря на столь широкое распространение получения железа, его секрет удавалось сохранять в строжайшей тайне благодаря тому, видимо, что этим секретом владели лишь несколько искусных мастеров [Герни О. Р. Хетты. М.: Наука, 1987. С. 76]. Но “В XII веке до н. э. „народы моря“ разгромили хеттов и овладели тщательно охраняемой тайной плавки железа. Это ценнейшее сокровище досталось филистимлянам. “Кузнецов не было во всей земле Израильской; ибо Филистимляне опасались, чтобы Евреи не сделали меча или копья. И должны были ходить все Израильтяне к Филистимлянам оттачивать свои сошники, и свои заступы, и свои топоры, и свои кирки, когда сделается щербина на острие у сошников, и у заступов, и у вил, и у топоров, или нужно рожон поправить. Поэтому во время войны [Михмасской] не было ни меча, ни копья у всего народа, бывшего с Саулом и Ионафаном, а только нашлись они у Саула и Ионафана, сына его” (1 Цар. 13:19—22). Филистимляне держали израильтян в зависимости, самым жестоким образом защищая свою монополию на железо. Это была военная и экономическая монополия, ведь никто, кроме них, в Ханаане не умел вырабатывать ни железное оружие, ни инструменты, нужные для ремесел и сельского хозяйства. Правда, израильтяне могли приобрести орудия у филистимлян, но чтобы исправить или наточить орудия, приходилось опять же обращаться к филистимлянам, которые, вдобавок, брали за свои услуги высокую плату. Как это ни удивительно, археология подтвердила сведения, приведенные в Библии. На пространстве бывших маленьких филистимских государств добыто из земли огромное количество изделий из железа, в то время как в других районах Ханаана такие находки являются редкостью. Картина совершенно отчетливо изменяется, едва только раскапываются культурные слои, относящиеся к периоду, когда гегемонии филистимлян в Ханаане был положен конец. С этих пор железо обнаруживается в большом количестве, и оно равномерно распределено на всем пространстве Ханаана” [Косидовский. Указ. соч. С. 251—252]. Как видим, польский историк-атеист вынужденно констатирует подтверждение наукой интереснейшего и древнейшего сообщения Библии о монополии филистимлян на получение железа, благодаря чему они значительно превосходили все окрестные племена, которые несмотря на свою многочисленность, находились от них в зависимости. Ибо у израильтян, как мы видели, только царь Саул и его сын, наследник Ионафан имели оружие из железа. Во славу своих походов филистимляне любили устраивать особые праздники… первые праздники… пива, столь популярные сегодня.



 Rambler's Top100      Яндекс цитирования 

return_links(); ?>


Библия и наука — nauka.bible.com.ua

© 1996-2004 А. А. Опарин
Разработка и сопровождение © 2000-2004 Юрий Цупко&Виктор Белоусов victor_bell@rambler.ru